Месяц в Дахау
10 марта 1946 года сын профессора Хаусхофера Хайнц спешил в имение Хартшиммельхоф, чтобы сообщить отцу неприятную новость: принято решение привлечь его к суду Нюрнбергского трибунала, сначала как свидетеля, а там... Не найдя родителей в доме, Хайнц бросился в сад, где увидел страшную картину. Старик профессор лежал лицом вверх среди прелой листвы, зажав в застывших пальцах пустую склянку. Рядом на суку дерева висел труп его жены. Так закончился жизненный путь человека, которого по праву считают отцом весьма модной сегодня науки — геополитики.
Почти половину своей долгой жизни Карл Хаусхофер разрывался между двумя призваниями — ученого и солдата. Он был сыном мюнхенского профессора экономики, потомка простых ремесленников, но считал себя «аристократом духа». Через год после рождения Карла, в 1870-м, Германия стала единой, и молодежь мечтала о возрождении былого имперского величия. Для этого, по общему убеждению, требовалось объединить все земли, населенные немцами, потеснить «неполноценных» славян и захватить колонии, которых Германии досталось слишком мало. Все это можно было сделать только «железом и кровью», и сразу после гимназии юный Карл поступил в кадетское училище. Преподаватели быстро заметили незаурядный ум юноши: во время уроков стратегии он всегда соображал лучше и быстрее всех. Не успев еще понюхать пороху, он был взят на работу в Генеральный штаб, где готовились планы будущей войны.
Хаусхофер с детских лет читал все, что попадалось под руку, но особенно ему нравились описания дальних стран и народов. Поэтому, когда немецкое военное ведомство решило послать своего атташе в далекую Японию, вспомнили именно о нем. В 1908 году Карл отправился в дальнюю дорогу, простившись с семьей. Он давно уже был женат на Марте Майер-Досс, статной красавице, которая выглядела истинной Брунгильдой, хотя ее отец был адвокатом-евреем.
Япония потрясла Карла — он увидел общество, построенное на иерархии, верности и воинской чести, в котором древняя языческая культура мирно уживалась с современной техникой. Хаусхофер познакомился с императором и его семьей, изучил японский язык, стал вхож в оккультные круги. Его даже приняли в таинственное Общество зеленого дракона, о котором в Европе знали лишь несколько посвященных, включая последнюю русскую императрицу Александру Федоровну... Немецкому гостю поведали тайну: некогда просторы Евразии объединяла могучая цивилизация героев и воинов, следы которой можно встретить как на Западе, так и на Востоке. С тех пор мечта о возрождении этой цивилизации наполняла все мысли Хаусхофера.
Поражение Германии в Первой мировой войне потрясло Хаусхофера и дало мощный толчок его реваншистским настроениям. Он всегда мечтал о немецкой гегемонии в Европе, и теперь этим мечтам предстояло воплотиться в теорию.
Конечно, у Хаусхофера были предшественники. Один из них, немецкий географ Ратцель, первым заговорил о противостоянии континентальных и морских держав — «теллурократии» и «талассократии». Другой, шведский мыслитель Рудольф Челлен, изобрел термин «геополитика», окрестив им нечто среднее между географией и биологией. По Челлену, государства — это живые организмы, которые растут, стареют и пожирают друг друга. Подхватив эту идею, Хаусхофер заявил, что каждый немец должен «кожей ощущать границы своего государства» и переживать нанесенный ему ущерб как собственную рану. Он соединил множество чужих идей в стройную теорию, стержнем которой была убежденность в великой мировой роли Германии. По Хаусхоферу, гегемония «атлантических» держав (Англии и США), основанная на торговле и плутократии, приходит в упадок. Ей на смену идет власть «материковых стран» (хартленда), из которых Германия является главнейшей. Но победить она может только в союзе с другими державами «хартленда» — Россией, Китаем, Японией.
Свои идеи Хаусхофер проповедовал в основанном им «Альманахе
геополитики», а также с кафедры Мюнхенского университета,
профессором которого он стал после войны. На его семинар записались
восемь студентов, включая чернявого длинношеего паренька — Рудольфа
Гесса. Этот слушал особенно внимательно и постепенно стал любимым
учеником профессора. В конце 1923-го Гесс и его друзья-нацисты
попытались совершить переворот, но потерпели неудачу. Когда
Хаусхофер навещал ученика в Ланд-сбергской тюрьме, тот познакомил
его »
«Евразию невозможно задушить, пока два
самых крупных ее народа — немцы и русские — стремятся
избежать междоусобного конфликта»
[Хаусдофер].
На его семинар записались восемь студентов.
В том числе Рудольф Гесс
с «героем, которому суждено спасти Германию».
Человек с челкой и усиками, фото которого ученый видел в газетах,
смиренно ждал его советов. И Хаусхофер заговорил — о пространстве
как факторе силы, об упадке атлантизма и грядущей славе Евразии,
объединенной под знаменем немецкого «нового порядка».
Лекции продолжались несколько недель, и каждый вечер услышанное
аккуратно перекочевывало в книгу узника, которую издатели позже
назвали «Майн кампф». Какое-то время судьба Хаусхофера
была тесно связана с нацизмом. Он публично поддерживал Гитлера
на пути к власти, помогал ему разрабатывать политическую доктрину,
втолковывал безграмотным на цистским бонзам азы геополитики.
После прихода к власти фюрер создал для него в Мюнхене особую
Немецкую академию, а геополитика под названием «патриотическая
география» вошла в учебные планы всех немецких университетов.
Постепенно профессору стало ясно: его ученик ведет Германию не туда. Вместо «оси» с континентальными державами был взят курс на войну с Россией и очистку ее громадных пространств от «неполноценного» населения. Внимая сомнительным личностям из мистической организации «Аненэрбе» («Наследие предков»), фюрер оказался в плену самых примитивных суеверий, которые Хаусхофер никогда не мог принять до конца. Не нравилось ему и истребление евреев, к которому готовились эсэсовцы,— это было отвлечением сил немецкого народа от великой цели завоевания «жизненного пространства». Особенно его возмутило принятие расистских Нюрнбергских законов, поставивших крест на карьере сыновей ученого, в жилах которых текла еврейская кровь.
Во время последней встречи с Гитлером в ноябре
1938-го Хаусхофер пытался переубедить его, но фюрер не стал
слушать бывшего учителя: он уже уверовал в собственную гениальность
и не нуждался ни в чьих советах. После десяти минут разговора
он сорвался, начал кричать. Профессор тоже обругал неблагодарного
ученика и выбежал из кабинета, хлопнув дверью. Он долго не мог
успокоиться: таких вещей Гитлер не прощал никому. Спасая дело
всей жизни, Хаусхофер украсил страницы очередного номера льстивыми
похвалами фюреру, но это не помогло — его отстранили от руководства
академией.
Тучи вновь нависли над ученым в 1941-м, когда его ученик Гесс перелетел на спортивном самолете в Англию. До сих пор неизвестно, знал ли Гитлер об этом полете,— во всяком случае, он объявил «нациста номер два» предателем. Известно, что самолет Гесса приземлился недалеко от поместья лорда Гамильтона — давнего знакомца Хаусхофера по оккультным делам. Возможно, профессор пытался убедить английское правительство помириться с Гитлером и даже примкнуть к его восточному походу. Конечно, это противоречило его геополитическим идеям, но они отступали на задний план, когда речь шла о выживании Германии. Когда гитлеровские армии вторглись в Советский Союз, Хаусхофер скрепя сердце поддержал эту акцию, написав в своем журнале: «Решение 22 июня раскрывает величайшую задачу геополитики — воплотить Евразию в реальность».
Однако война затягивалась, а зверства «черного ордена» СС сделали примирение с Россией невозможным. Еще до Сталинграда Хаусхофер понял, что Германия обречена на поражение и, возможно, исчезновение с геополитической карты. Эта мысль наполняла его сердце горечью — он почти перестал выходить из дома, сильно исхудал и всерьез подумывал о том, чтобы уморить себя голодом.
Последним его оплотом оставалась семья. Постаревшая Марта так же преданно заботилась о муже, прятала от него свежие газеты и растирала спину во время приступов старческого ишиаса. Сын Альбрехт, уже ставший известным геополитиком, взвалил на себя руководство журналом, от которого Хаусхофер почти устранился. Он был своим человеком не только в научной среде, но и в кругу молодых аристократов, оппозиционно настроенных к фюреру. Вместе с ними он решился на заговор — целью было убить потерявшего разум Гитлера и заключить сепаратный мир с англо-американцами.
Похоже, профессор об этих планах ничего не знал, иначе для него не стал бы таким ударом крах заговора, после которого Альбрехту пришлось скрываться. Самого Хаусхофера отправили в Дахау — правда, не в лагерный барак, а в уютный домик для «почетных гостей», хоть и с решетками на окнах... Он провел месяц в Дахау, после чего его выпустили, но запретили преподавать и отобрали любимое детище — «Альманах геополитики». Впрочем, Хаусхофер и так не мог ничего делать, терзаясь мыслями о сыне: ходили слухи, что пойманных заговорщиков вешают на крюках, как мясные туши. Но с Альбрехтом было иначе — в декабре 1944-го его арестовали и бросили в Моабитскую тюрьму. 23 апреля 1945-го, покидая тюрьму, эсэсовцы убили Альбрехта выстрелом в затылок, как и остальных заключенных. Отец узнал об этом лишь полгода спустя.
В мае по дорожкам Хартшиммельхофа застучали сапоги французских солдат. Обыскав усадьбу, они пригрозили профессору арестом, а заодно избавили его от немалой доли имущества. За этим последовали бесконечные допросы и очные ставки с главарями рейха, которых готовились судить в Нюрнберге. Дамоклов меч повис над головой отца геополитики, а заодно над его наукой, которую объявили «фашистской». В Америке геополитиков изгоняли из университетов наравне с коммунистами, но Хаусхофера все это уже не волновало — больной и усталый, он не хотел жить. Конец наступил 10 марта. В прощальном письме Хаусхофер говорил, что верит в грядущий триумф геополитики. И, как всегда, оказался прав:
Буш
открыто поддержал фашистов
Почему ты не фашист? (Пепел Фюрера)
Аллегория беды, эксгумация добра
Иммитация борьбы, апробация говна
Выбирали наугад: красный, белый, голубой
Распинали на крестах, хоронили под звездой…
А твоя страна кричит, извиваясь на игле
И считает барыши "черножопый" спекулянт
И сношается в Кремле с
демократом коммунист
И опять встаёт вопрос: "Почему ты не фашист?"
Припев:
Пепел Фюрера стучит в твоём сердце!…
Хороводили в гостях, проворонили
себя
Возводили на костях, разбазарили
страну
И опять как в сраном сне красно-бело-голубом:
Распинают на звезде, погребают под крестом…
А твоя страна кричит погибая на
игле
И растут особняки и могильные холмы
И сношается в Кремле с
педерастом онанист
И давно назрел вопрос: "Почему ты не фашист!"
Припев:
Пепел Фюрера стучит в твоём сердце!…
…Ну и хули?!!!
[Флирт]
Они
изучают книги Гитлера и пропогандируют язычество